Деревянные фасады от Бебека до Кандилли
Прошлой осенью, плывя на катере от Кандилли в сторону Бебека, я больше всего запомнил глубокие тени, которые появлялись на деревянных фасадах ялы в часы заката. Некоторые ялы стоят прямо у воды, другие немного отступают за невысокую садовую стену. Это расстояние служит не только для безопасности, но и защищает от риска затопления.
Эркерная система, характерная для большинства ялы конца XIX века, расширяет внутреннее пространство и позволяет любоваться постоянно меняющимися видами Босфора с разных ракурсов. Особенно в примерах вдоль линии Кандилли и Ваникёй под эркерами сохранились резные деревянные консоли с оригинальной мастерской обработкой.
Цокольные этажи этих ялы обычно сложены из камня или кирпича, а верхние полностью выполнены в деревянном каркасе. Высокое остекление на фасадах, выходящих к морю, обеспечивает максимальное естественное освещение интерьеров.
Садовое оформление и внутренние дворы в Эмирёне и Еникёе
Когда заходите в сад ялы в Еникёе, расположенной в 30–40 метрах от берега, вместо двухэтажного деревянного здания вас сначала встречают огромные платаны и липы. Эти сады выполняют не только эстетическую роль, но и защищают от влажного босфорского ветра, создавая приятную прохладу летом.
Во многих ялы позднеосманского периода сад включает внутренний двор, образованный крыльями дома в форме «Т» или «U». Эти дворы укрывают от ветра зимой и дарят прохладное место для отдыха летом. Старинная стамбульская брусчатка на земле до сих пор видна во многих ялы.
Сегодня часть этих садов сохранена, а часть разделена на участки. В тех, что удалось сохранить, рядом со старыми кипарисами и лаврами привлекают внимание экзотические растения, посаженные позже.
Планировка и организация жизни в интерьере
Самое яркое впечатление от ялы — ощущение простора, которое возникает, когда входите со стороны моря. Центральный холл, обычно называемый «софа», присутствует как на нижнем, так и на верхнем этаже. Эти холлы объединяют все комнаты дома и позволяют глубоко почувствовать босфорский пейзаж.
На верхних этажах разделение на «гарем» и «селямлык» в основном исчезло, однако планировка комнат до сих пор следует этой логике. Большие комнаты с видом на море предназначены для гостей и семьи, а меньшие помещения в задней части используются для обслуживания и хранения.
Калемная роспись на деревянных потолках и дверцы шкафов с перламутровой инкрустацией — самые яркие свидетельства мастерства того времени. Особенно в постройках начала XX века заметно влияние стиля Ар-Нуво.
Что происходит сегодня? Реальность использования и сохранения
Большинство ялы больше не используются как частные дома. Часть работает как бутик-отели или рестораны, значительная доля отреставрирована фондами или муниципалитетом и превращена в культурные центры. При этом качество реставрации сильно различается от объекта к объекту.
Особенно на участке между Анатолийской крепостью и Ченгелькёем количество ялы с сохранённой оригинальной деревянной конструкцией неуклонно сокращается. Железобетонные усиления и неправильный выбор материалов серьёзно искажают душу этих зданий.
Тем не менее в последние годы благодаря растущему вниманию несколько ялы реставрируются с большой тщательностью и уважением к оригиналу. Самая сложная часть таких работ — найти подлинные деревянные элементы и опытных столяров старой школы по приемлемой цене.
Объекты, которые ещё можно приобрести в Арнавуткёе и Бебеке
Прогуливаясь по узким улочкам Арнавуткёя, вы неожиданно встречаете деревянные особняки — более скромные, чем босфорские ялы, но не менее ценные. Эти здания в основном построены с конца XIX века до 1930-х годов. Эркеры и детали ковки на фасадах отражают вкусы стамбульцев того времени.
В Бебеке встречаются особняки большего масштаба. Хотя они не имеют прямого выхода к воде, но обладают видом на Босфор и обычно расположены в саду. Сегодня содержание таких объектов обходится довольно дорого: деревянный фасад требует ухода каждые 7–8 лет.
При посещении таких зданий самое важное — обращать внимание на ущерб, который наносят дереву влажность и соль. Даже находясь в 150–200 метрах от моря, вы всё равно подвержены постоянному воздействию босфорской влаги и соли.
Эти старинные ялы и особняки Стамбула — это не просто камень и дерево. У каждого своя история, за каждым эркером — прожитая жизнь. Если у вас есть мысль приобрести или отреставрировать такое здание, я советую сначала долго наблюдать, слушать и понять, что оно вам рассказывает. Потому что эти дома говорят — нужно только прислушаться.
